25 ноября 2017 года в 18 ч. в Доме учёных состоится концерт «Время наших песен» при участии КСП «Поиск», известных российских бардов.


– Потрясающе! – удивился Малыш. – Но позвольте! Вы ведь летели с положительным тангажем.
– Чего? – Карлсон открыл рот от неожиданности и чуть не подавился.

– Ну... Вы летели головой вверх, слегка наклонившись вперед. При этом пропеллер должен был тянуть вас вверх и назад. Почему же вы летели вперед, а не назад? А можно посмотреть на твой пропеллер?

– Конечно. – Карлсон развернулся.
– С ума сойти! Я так и думал, – сказал Малыш, осмотрев пропеллер.
– Что, хороший пропеллер? – польщенно спросил Карлсон.

– Так я и думал, что это не пропеллер, – сказал Малыш. – Пропеллер не мог бы так работать, потому что твоя спина экранировала бы основной поток воздуха, и вся энергия растрачивалась бы на создание турбулентности.
– Эй, ты чего? – Карлсон надулся. – Это лучший в мире пропеллер!
– Не сердись! Конечно, это замечательный пропеллер! – поспешно сказал Малыш. – Только это не совсем пропеллер. У него очень интересная система перекоса лопастей. Вектор тяги лежит в плоскости вращения, а точка приложения силы смещена влево. Таким образом, подъемная сила направлена от ног к голове, вдоль спины, а не перпендикулярно, как я вначале подумал. А точка приложения силы смещена влево – потому что она действует на те лопасти, которые в данный момент двигаются вниз...
– Ты чего ругаешься? – обиделся Карлсон. – Тоже мне, специалист нашелся.»
– Ну конечно! – Малыш хлопнул себя по лбу. – Я-то пытался мысленно построить механику твоего полета через укороченное действие, используя лагранжеву механику. Но, похоже, гамильтонов подход здесь будет гораздо нагляднее. Главное, суметь записать гамильтониан, а дальше...
– Ты, кажется, собирался рассказывать мне сказку! – снова надулся Карлсон.
– Ну вот, ты опять обиделся! – огорченно сказал Малыш. – Просто мне кажется, что такой пропеллер, как у тебя, неизбежно вызовет дополнительный вращающий момент. У тебя же нет хвостового винта, как у вертолета. И тебя будет уводить в сторону по курсу. Я никак не могу понять, как ты компенсируешь этот момент. Он должен разворачивать тебя, и в какой-то момент ты неизбежно свалишься в штопор.
– Постой! Я понял! Я все понял! – воскликнул Малыш, бросаясь к окну. Карлсон заложил крутой вираж и повернул обратно.
– Ну что ты понял? – спросил Карлсон, бухнувшись на диван. – Что гостей надо развлекать, а не нести всякую чепуху?
– Я понял, как ты компенсируешь это вращение! – крикнул Малыш. – Ты в полете все время махаешь рукой. На эту выставленную в сторону руку давит поток воздуха и борется с вращением. Чтобы лететь, ты должен все время махать рукой.
Карлсон здорово разозлился.
– Опять ты за свое! – мрачно сказал он. – Ничего я никому не должен! Я махаю всем рукой и кричу «Э-ге-гей!», потому что я веселый и приветливый мужчина в самом расцвете сил. Но таким занудам, как ты, я даже махать рукой теперь не буду.
– Если моя теория верна... – начал было Малыш, но Карлсон уже вылетел в окно.
Малыш увидел, как Карлсон, набирая скорость, рефлекторно дернул правой рукой, но сдержался. Тут его повело в сторону. Он попытался выправиться и снова чуть не махнул правой рукой, но немедленно схватил ее левой и прижал к туловищу. Карлсона повело сильнее, и внезапно развернуло боком к направлению полета. Он сдался и отчаянно замахал рукой, но было поздно. Поток воздуха перевернул его, и, беспорядочно кувыркаясь, Карлсон полетел вниз.
– Су-у-к-а-а-а-а-а! – донесся до Малыша последний крик Карлсона, и Малыш увидел, как Карлсон на полной скорости врезался в бетонный столб, прокатился по земле и неподвижно замер, раскинув руки и ноги. Вокруг его головы расплывалось большое кровавое пятно. Малыш вздохнул и вернулся к книжке. Но ему опять не дали спокойно почитать.
– Малыш! – раздался голос папы. Малыш обернулся.
– Малыш, это ты брал гидродинамику Ландау и Лифшица? – мягко спросил папа, входя в комнату. – Она стояла на полке и закрывала собой пятно на обоях, а теперь ее нету.
– Это я, я положил ее на тумбочку, – прошептал Малыш. – Мне было не дотянуться, чтобы поставить ее обратно на полку.
– Малыш, Малыш. – Папа ласково потрепал Малыша по голове. – Ну зачем ты берешь такие книжки? Все равно ты до них еще не дорос! И картинок в ней почти нету.
– Все равно я ничего не понял, – соврал Малыш.
– Конечно, не понял. Ведь для этого надо много учиться, вначале в школе, потом в институте – а ты пока еще только в первом классе».

Николай Дельвик