25 ноября 2017 года в 18 ч. в Доме учёных состоится концерт «Время наших песен» при участии КСП «Поиск», известных российских бардов.


Есть такие попугаи – Жако. Многие про них слышали, но вряд ли кто-нибудь видел. На вид они невзрачные, небольшие, разика в два-три больше размерами, чем волнистые, серенькие, без особых украшений. Одно только их отличает – интеллект. Очень быстро они учат человеческую речь и мало того, вовремя и к месту применяют полученные знания. 
Попугаи Жако обитают в Африке, и, несмотря на всю свою дикость, очень быстро привыкают и привязываются к людям, особенно если начинают общаться с ними еще птенцами.

Один из военных советников, из командировки, как раз привез такого птенца. Маленького и голенького, еще не обросшего перьями, офицеры кормили его с руки и всячески приручали. Уже через год он подрос и, хотя не научился летать, принялся бодро бегать по помещениям. К тому времени серенький попугайчик уже знал массу русских, английских и португаш (португальско-английский диалект, на нем говорит основная масса населения Анголы) ругательных слов и вовсю ими пользовался в повседневной жизни. 
Когда утром его хозяин уходил мыться, Жако выбегал из комнаты и важно шел по коридору, заглядывая во все комнаты подряд и комментируя увиденное:
– Как же так? Что за х@я? – вопрошал он, заглядывая в первую комнату – там все спали, что не соответствовало попугайскому распорядку.
– На-а-аадо же! – заключал он и шел дальше.
– Сми-и-ирнааааа! – орал Жако у входа в другую комнату. Там обитал генерал-майор М. старший среди военных советников и известный своим командирским басом, а так же любовью подать хорошенькую такую, чтоб неграм света не взвидеть, команду.
– А? Что?! Где? Б@я!!! – вопил пробуждающийся генерал, потом отворачивался к стенке, и бурчал, – Чтоб ты сдох, пернатое.
– Сам дурак! – не оставался в долгу попугай и шел дальше.
В следующей комнате только продирали глаза переводчики, и к ним Жако обращался на буржуйском:
– Fuck you, не так ли, господа??
– Жако! Не зли меня! – кряхтел Денис.
– Мая твая не панимает! – гордо заявлял попугай и шел дальше.
Полковник Крокодил обычно к тому времени уже вовсю бодрствовал, был занят работой, написанием писем на родину и употреблением местного пива. Его комната как раз шла следующей после переводчиков. Возле нее Жако обычно задерживался и провозглашал менторским тоном зама по воспитательной работе:
– Опять бухаете, товарищи?! Как можно!
– Не учите меня жить! – отвечал Крокодил и протягивал руку к попугаю. Жако важно вышагивал к нему, потом взбирался как на жердочку на указательный палец, оттуда на стол и говорил:
– Безобр-р-р-р-азие! Никакого пор-р-ядка! Кругом сплошное пьянство и разврат! Вы так не считаете? – и вопросительно заглядывал полковнику Крокодилу в глаза.
– Согласен полностью! – поддерживал Крокодил и наливал попугаю пива в блюдечко.
– Ур-р-ра! – провозглашал тост попугай и пил, – Ухххх, спиртяшшшка!
Поскольку комната полковника Крокодила по коридору была далеко не последняя, и не только Крокодил радовался пиву жарким утром – к своему хозяину, уже выходящему из душа, Жако добирался в состоянии некоторого алкогольного опьянения.
– Эх, вы, сволочи, – грустно говорил хозяин попугая, – Опять напоили. Ну и что мне с тобой делать?
– Пошли по бабам!! – отвечал попугай и оба они удалялись похмеляться в свою комнату.
Дело, тем временем близилось к дембелю, хозяину Жако предстояло отправиться на родину. Чемоданы собраны, фотографии распечатаны, билеты куплены, джипы до аэропорта заправлены, словом, скоро, всего-то через полсуток она – Родина, холодная и страшно мокрая по сравнению с Луандой. Русский язык повсюду, а не только среди своих. Негров мало и без оружия все. Нищета, да не та. Соскучился, в общем. А как же быть с попугаем?
Почему бы не сделать так, как делали поколениями остальные советники? Напоить воина, до сна богатырского и провозить прямо в багаже? Однако не тут-то было! По заветам предков, для маленького попугайчика, чтоб хватило на сутки неподвижности, достаточно одной чайной ложки чистого спирта. Если попугай большой – тогда столовой. Военный совет, после употребления допинга, постановил, что Жако таки большой. Тут же был налит в столовую ложку спирт и представлен попугаю.
– Спирртяшшшка! – сказал попугай и выпил.
Потом он икнул и сказал:
– Ой мороз, мороз...
– Кажется, мало, – сказал владелец пернатого.
– Не морозь меня, – сообщил Жако.
– Так давай еще нальем, – предложил генерал.
Налили. Попугай, нерешительно потоптался вокруг угощения, кося на него то одним, то другим глазом. Было видно, что выпить ему хочется, но при этом как-то боязно. Наконец, переборов все сомнения, Жако выпил вторую столовую ложку спирта.
– Не мо-рр-озь меня! Моего коня! – сказал он, покачнулся и упал на бок.
– Ну и слава богу. Щас уложим его в тару, да и поедем, мужики, – сказал хозяин птицы и встал из-за стола.
– Пьянь! Кругом одна пьянь, бляха муха, – неожиданно сказал Жако и пошевелил когтистыми лапами.
Все замерли. Советники, молча и сосредоточенно пересчитывали количество спирта в две столовые ложки относительно своих размеров.
Пока считали, Жако щелкнул клювом и встал.
Воинственно задрав хохолок, он сказал:
– Гулять, так гулять! Гусар-р-ры! Шампанского коню!
– Обалдеть! Сейчас еще буянить начнет, – сказал переводчик.
– Силен бродяга, – пробормотал генерал.
– Ну, сволочи! – вскипел хозяин попугая, – Споили все-таки птицу мне! Ну я вам устрою!
– Да ладно, не кричи, не споили, а натренировали. А то с непривычки бы наоборот ласты мог склеить, точнее крылья.
– Да? И что мне теперь делать?
– Во-первых, успокоиться, а во-вторых, налить еще. Просто Жако оказывается тертый калач. В холода точно не помрет теперь.
После третьей попугая действительно сморило в глубокий пьяный сон и его упаковали в багаж. Перелета он, естественно не заметил, поскольку дрых до самого конца путешествия, и пришел в себя только дома у своего хозяина. Когда он очнулся и выбрался из коробочки, сердобольный полковник уже держал наготове блюдечко пива:
– Ну как, Жакошка? Голова не болит?
Попугай встрепенулся, поднял хохолок и сказал:
– Холодно, б@я! – потом подошел к блюдечку и похмелился. Видимо по старым дрожжам опьянение вернулось и он, уже самостоятельно, пошел к коробке, где и улегся с комфортом.
– Прям как ты, – сердито заметила жена хозяина, наблюдавшая всю картину сначала и до конца.
– Пиd@р-р-р@cы! – выкрикнул Жако и уснул.
– Точно как ты! – убежденно сказала жена.