22 августа 2018 в 19:00 в библиотеке г.Арзамас состоится концерт, посвящённый А.М. Витлиной «Я не прощаюсь...». Вход свободный


В прошедшие выходные – а если точнее, с 30 января по 2 февраля, – на базе ДОЛ им А.П. Гайдара (многие, в том числе и я, помнят его как любимый пионерский лагерь своего детства) прошел 26-й межрегиональный молодежный фестиваль самодеятельной песни «Зимородок–2014». С 1988 года в 26-й раз наш саровский КСП «Поиск» собирает со всей России тех, у кого словосочетание «бардовская песня» вызывает не ироничную улыбку от возникшей в воображении картинки с бородатыми дядьками в свитерах, с гитарами и исключительно «солнышком лесным» (ходит сейчас по интернету шутка – «я бард, и я не хочу ничего решать, я хочу милая моя, солнышко лесное!») – а улыбку мечтательную от воспоминаний о… А вот о чем – поговорим дальше.

Я могла бы, пожалуй, рассказать вам о «Зимородке» с точки зрения официальной – сколько приехало делегатов (368 человек), из скольких городов (11), клубов (43), сколько было лауреатов и дипломантов (27). Кто в чем участвовал и в чем победил. Но… я лучше расскажу вам, от чего возникает мечтательная улыбка при воспоминаниях о «Зимородке».
А началось все с того, что вашей покорной слуге (уж простите за банальность оборота) в этом году повезло оказаться в оргкомитете любимого фестиваля. А именно – заниматься базой данных. Так что все, что вы прочтете ниже, можно условно назвать «Дневниками завбазой» (название родилось там же, на фестивале).
Сложно? – Да. Выматывает? – Еще как. Но теперь, узнав работу тех, кто поднимает на себе весь фестиваль, изнутри, будучи полноценным членом команды, я еще больше зауважала их – тех, кто все это организовывает и проводит вот уже 26-й год – бывших-изначальных, настоящих, будущих оргкомитетовцев – тех, кого я счастлива называть друзьями (список – далеко не полный – можно посмотреть в официальной справке на сайте КСП «Поиск»). Потому что поднять такую махину… это ого-го, как непросто.
Скажу сразу – еще не уехав из «Гайдара», начала мечтать о следующем «Зимородке». И, думаю, в своих мечтах я далеко не одинока.

Итак... «Ушла на базу». 29.01. День первый. Предварительный

Мы приехали. Холодно. Как же холодно! Суровые мордовские морозы. Разгрузка вещей, аппаратуры, баннеров, плакатов, печатной продукции и бог знает, чего еще. Оперативное расселение по корпусам (мамочки, как же холодно!)– и долгожданная гайдаровская баня – похоже, единственное место, где сейчас можно согреться (она-таки была популярна весь фестиваль среди всех делегаций!). Обсуждение рабочих вопросов прямо там. Отбой в 2.30, подъем в 6.30 – потому как первые делегации вот-вот приедут и будут приезжать весь день. Первые мысли ночью в засыпающем состоянии – «да, тяжела и неказиста…». Первая мысль при пробуждении – «ну, наконец-то!!!». Предвкушение рабочей гонки – зверски утомительной, но все равно приятной. Абсолютная эйфория от долгожданного – год! – «Гайдара», фестиваля, общения – что самое забавное, общения в первую очередь с людьми, с которыми и так видишься регулярно весь год – со своим же оргкомитетом, своим же КСП. Только общение здесь – другое – как будто год не виделись, от «Зимородка» до «Зимородка». Оно круглосуточное, поэтому – чаще, чище, ближе, честнее, душевнее. Такое общение, которое может выявить либо очень плохое, либо очень хорошее. Можно либо переругаться, либо стать еще ближе. И, знаете, нам повезло.
Как же я вас люблю, мои дорогие!
Кстати, и будильник в это первое «зимородное» утро был особенным – бодрый стук в каждую дверь и не менее бодрый голос Володи Тиунова – президента клуба, поэта, друга – «ПОДЪЕМ!». Ругаться на такой будильник при всем желании не получается, в какое бы время ни «прозвенел».

Так наступил день совсем первый. 30.01. День официального начала фестиваля

Штаб. Хо-лод-но. Минус 35. Кажется, что в штабе тоже. Кофе-кофе-кофе. Чай-чай-чай. Делегации-делегации-делегации. Сыктывкар, Нижний Новгород, Арзамас, Заволжье, Тула, Красногорск, Лобня, Питер, Саров, Москва-Москва-Москва-Москва… Взъерошенные после дороги, сонные, но все равно веселые, молодые и не очень, и совсем еще дети. Объятия, поцелуи, «покажи гитару!», «что нового?», «новых песен хочешь?» (и тут же прямо – новые песни). Горящие, ждущие глаза, пытливые взгляды… Как мы без этого жили целый год?
Регистрация приезда клубов, подача заявок на конкурс – по словам оргкомитетовских старожилов, такого ажиотажа – буквально обвала – жаждущих участвовать в конкурсе не было давно. Это всегда проходило очень активно, но чтобы полутора дней, расписанных по 8 минут на участника, не хватило на всех желающих – этому удивлялись даже маститые «жюристы» Андрей Волков и Владимир Тиунов.
А мы почти не выходим на улицу, во-первых, и некогда, во-вторых – температура окружающей среды не дает о себе забыть – перемещаться получается только короткими перебежками из корпуса в штаб и обратно. А за окнами, между тем, нереальная красота – та, которую можно увидеть только вдалеке от города, в этом самом глухом мордовском зимнем лесу.
Вечером – концерт-приветствие, на котором нашу «голодно-зазывную» песню встретили взрывами хохота, а потом – снова в штаб, регистрировать заявки, ведь завтра начинается конкурс.

День третий – по времени, но еще второй – по факту

1.33. Отрывочные записи в «дневнике»: «Техника меня не любит», «Спать», «Петь хочу», «Дайте кофе!». И, наконец, «спасибо тебе, Володя, большое человеческое за песни – прямо здесь же, в штабе…». Ночное спонтанное пение с «живыми классиками».
Да, мои дорогие… Как же я вас люблю!
А? Половина четвертого? Как половина четвертого?! Ну, так куда пойдем петь? И в этот момент понимаешь, что можно идти, куда угодно, и везде ждут и будут рады! Знаете, это потрясающее ощущение… На этот раз пошли в гости к ребятам из сыктывкарского клуба «Причал» – как потом выяснилось, их Даша Солодянкина, будущий лауреат, покорила абсолютно всех, включая маститое жюри (некоторые из этих суровых мужчин – не будем показывать пальцем – даже признались, что – смахивали скупую слезу).
Короткий сон, который, честно говоря, воспринимается уже с некоторой досадой, как бесполезная трата фестивального времени – и первый конкурсный день. И снова заявки. Юные и совсем юные конкурсанты – очень много молодежи в этот раз было на фестивале – увлеченной, талантливой и в исполнительстве и в авторстве – так что, дело классиков жанра продолжается, и продолжается достойно! Приезжают все новые и новые поколения, лауреаты прошлых лет уже привозят сюда своих детей. Детей, кстати, было невероятно много – начиная от полугода и старше – и никому из них не пришлось скучать, потому что уже доброй традицией стала организация «детской комнаты» на фестивале. С играми, специальными детскими концертами. Потому и не боятся молодые родители везти сюда малышню – знают, что и пообщаться смогут, и спеть, и чадо под присмотром будет. Молодеет и растет наш «Зимородок».

День …четвертый? А какая, вообще говоря, разница?

Конкурсный концерт, списки конкурсантов, оценки, быстро-быстро-быстро. Обсуждение лауреатов. Заседание Главного Жюри (Светлана Ветрова, Татьяна Дрыгина, Андрей Волков, Владимир Тиунов, Александр Широких).
Впервые увидела, как работает ГЖ – и зауважала этих мастеров еще больше. Потому, что каждого – абсолютно каждого! – участника они обсуждают очень подробно, серьезно и внимательно. В то короткое время, что отведено на заседание, – когда дверь осаждают особо жаждущие итогов – жюри успевает провести полноценный серьезный анализ выступлений – начиная с понимания конкурсантом того, что он исполняет, подбора материала, драматургии песни, артистизма, мастерства. И, в самую первую очередь, – души, вложенной в исполнение, или авторство.
Но вот, наконец, итоги вывешены, лауреаты прыгают, или плачут от радости (иронизирую, конечно, ибо слишком уж восторженно-пафосный получается дневник – не находите?), концерт лауреатов и «раздача слонов» позади – а впереди самое сладкое и самое грустное одновременно – последняя ночь фестиваля. Ночь, когда нужно успеть спеть все, что еще не спето, сказать все, что не сказано, потому что впереди – расставание на целый год.
Кто-то танцует на бард-дискотеке (замечательная и очень остроумная давняя придумка организаторов, собирающая всегда огромное количество желающих), а кто-то снова поет – в палатах, холлах, на втором этаже столовой… везде.
И снова ночные перемещения из корпуса в корпус, от делегации к делегации. Вообще говоря, «жюристы» наши большие молодцы, потому как среди всей этой утомительной рабочей гонки они каждую ночь находят силы и время посетить почти каждую делегацию – спеть, поговорить. И нужно видеть, как важно это для ребят, с каким вниманием и увлечением они слушают и поют.
Когда бы ты ни вышел и куда бы ни зашел на «Зимородке» – хоть в 23.00, хоть в три часа ночи, хоть в восьмом часу утра – всегда поют. Вон из того корпуса слышен Визбор (значит, там сидят классики!), а из этого – Козловский, а здесь вообще со второго и третьего этажей несутся слитно «Иваси» и Митяев… О, а здесь поют песни Волкова и Тиунова! И даже в разных холлах на одном этаже одного корпуса зачастую звучит кардинально разное. А потом выходишь в ночь на морозный воздух, смотришь на яркие высокие звезды и понимаешь, что такого неба не увидишь еще год – потому что таким оно бывает только здесь, в мордовском морозном лесу, в любимом пионерлагере, на любимом фестивале.
Открою вам секрет – главная прелесть «Зимородка» не в конкурсах, и даже не в концертах.… сумасшедшая прелесть и невероятная нежность – в бессонных песенных ночах, в таком слиянии и взаимном проникновении душ, которого не бывает больше нигде, которое совершенно невозможно себе представить в другом месте и другом контексте. В абсолютно чистом, кристально прозрачном счастье – то есть, счастье в абсолюте, – от которого задыхаешься, если глотнуть его глубже – совсем, как от промерзшего звенящего воздуха в этом сосновом лесу... «Зимородок» – это снег и любимый «Гайдар» с тем же самым знакомым запахом сцены, что и двадцать лет назад, это ночь и песни, и гитара из рук в руки.
Между песнями нет даже пауз – одна переливается в другую. И я вижу глаза душевного друга напротив – добрые, чуть ироничные, все понимающие, мудрые и уже чуть (или не чуть!) усталые, открытую, ясную улыбку мне навстречу. Мне и так уже – теплее некуда – но становится еще теплее. Я что-то говорила вам в самом начале про мороз? Забудьте! Мы его «растопили».

День пятый. Утро отъезда

А мы все поём. Расходимся в начале восьмого, уже просто усилием воли… Потому что – отъезд же. Автобусы, прощание, подозрительно блестящие глаза и шмыгающие носы даже у суровых и взрослых мужчин – а что уж говорить о совсем юных не-совсем-еще-бардах!
Слова благодарности, объятия, поцелуи, обмен адресами (все абсолютно так же, как было и как всегда будет в пионерлагерях, пусть они уже и не «пионер», да и адреса уже записываются друг другу в виде e-mail'ов, либо id в соцсетях).
Последний взмах рукой, и… «До сви-дань-я, до-орогие, вам ни пуха, ни пера…».
Ждем год – и тогда снова: «Вот, как будто бы сначала начинается судьба…».
Как же я вас всех люблю!

Печегина Татьяна. Опубликовано в газете «Вести города» №6 от 5 февраля 2014 г.